| 09.10.2014 14:38

Норвегия как образец

По своим исходным данным Норвегия близка России - здесь и суровый северный климат, и богатство природных ресурсов, и европейское население. Какой могла бы стать Россия, если бы с умом, как норвежцы, использовала свои несметные природные богатства? Предлагаем вашему вниманию статью одного из основателей "Экообороны".

“Норвежское чудо”: есть ли жизнь после нефти?

Ресурсным проклятием экономисты называют известный парадокс, когда богатые природными ресурсами страны развиваются хуже и медленнее стран, где ресурсы отсутствуют. Счастливым исключением всегда оставалась Норвегия, сумевшая поставить ресурсное изобилие на службу всему обществу. Что ждет “норвежское чудо” в XXI веке, когда проблема изменения климата требует отказа от ископаемого топлива и перехода на чистую энергию?

В любых дискуссиях со сторонниками ресурсной экономики рано или поздно всплывает название этой страны как символа того, что ресурсное богатство может приносить пользу всем гражданам, а не только приближенной к власти кучке олигархов и чиновников. Норвегия – страна действительно необычная. Ощущение, что историческая миссия Норвегии заключается в том, чтобы опровергать расхожие стереотипы. Судите сами.

Европейская страна – но не в Евросоюзе.

Крупнейший экспортер нефти и газа в Западной Европе – и рекордсмен «зеленой энергетики»: больше 60% энергии норвежцы получают из возобновляемых источников (в среднем по странам Евросоюза –  не больше 15%).


Экономика вроде зависит от экспорта ресурсов, но явных следов «ресурсного проклятия» не видно: эффективное демократическое правительство, самый высокий индекс человеческого развития и одни из самых высоких доходов на душу населения.


Экономика, несомненно, эффективна – но нефтегазовая отрасль монополизирована компанией StatOil, которая к тому же контролируется государством.


В чем причина “норвежского чуда"? Сможет ли оно пережить нефтяной бум – или страна будет инвестировать в разработку новых и новых месторождений, внося вклад в разрушение климата и вызывая проклятия экологов и климатологов по всему миру?

Начать придется с банального - повезло. Дело в том, что маленькая Норвегия (население – около 5 миллионов, примерно как один Петербург) получила щедрое природное наследие в виде не только нефти и газа, но и огромного гидроэнергетического потенциала горных речек. Но главное – историческое развитие Норвегии шло так, что эти ресурсы принесли стране максимальную пользу.

Норвегия приняла передовую демократическую Конституцию, принципы которой были заимствованы у США и Франции еще в 1814 году. А в 1905 году страна получила полную независимость от Швеции. Тогда же народ на референдуме (!) выбрал конституционную монархию как форму правления, с широкими полномочиями для демократических институтов.

Что касается энергии горных рек – она оказалась самой доступной для использования, и пик строительства ГЭС пришелся еще на середину 1950-1960 годов прошлого века. В результате 99% электроэнергии Норвегии сейчас вырабатывается на ГЭС.

Водохранилище одной из норвежских ГЭС – фото Wikipedia.org

Поэтому ситуацию, в которой оказалась Норвегия в момент открытия больших запасов нефти и газа на шельфе (1980-е годы), можно смело назвать уникальной: в стране существовали устойчивые демократические институты плюс полностью независимая от ископаемого топлива электроэнергетика!


Доходы от углеводородов стали для норвежцев не средством выживания, а неким дополнительным «бонусом». Вероятно, именно поэтому выбор между эффективностью нефтегазового комплекса и контролем со стороны государства был сделан в пользу контроля – нефтегазовый монополист StatOil создавался как, по сути, госкомпания. И в дальнейшем государство никогда не упускало его из-под контроля. Грубо говоря, в случае Норвегии демократическое государство оказалось достаточно сильным и независимым, чтобы поставить нефтегазовых чиновников под контроль и не допустить зарождения сырьевой олигархии – в отличие от многих богатых ресурсами стран со слабыми государственными институтами. Время, похоже, подтвердило правильность выбора. По крайней мере, благодаря нефтегазовым доходам стране удалось сформировать sovereign wealth fund в размере 840 миллиардов долларов – это примерно в 10 раз (!) больше российского Фонда национального благосостояния.

Но нефтяному благополучию приходит конец – добыча нефти падает, происходит массовое сокращение работников нефтяных платформ.

Добыча нефти в Норвегии (по данным EIA) всего – синяя кривая, красная кривая – собственное потребление, разница – экспорт

Пока выручает экспорт газа, который стабильно рос до последнего времени. Но, так или иначе, Норвегия сейчас оказалась на распутье и должна решать, какой будет ее экономика в XXI веке.

Разумеется, велик соблазн действовать по привычным шаблонам – и сейчас  StatOil активно участвует в проектах, связанных с новыми месторождениями – в том числе и в России. Часто это вызывает протесты экологов .

В Новой Зеландии не рады StatOil – фото Гринпис

Кстати, за пределами Норвегии StatOil ведет себя как обычная нефтяная компания, не брезгующая никакими средствами для продвижения своего бизнеса – в Иране она была уличена в попытке подкупа государственных чиновников и признана виновной в коррупции американским и норвежским судами – еще одно подтверждение того, что слабость государственных институтов немедленно используется сырьевыми компаниями.

Но в последнее время набирают силу другие тенденции в энергетическом секторе. Некоторые можно увидеть прямо на норвежских улицах. Например, водители норвежских автобусов жалуются, что в последнее время движение по выделенным для общественного транспорта полосам стало затруднено из-за… обилия электромобилей. Оказывается, норвежское правительство не только освободило продажу электромобилей от налогов (немалых в этой стране), но и создало им множество других привилегий, включая право передвигаться по полосам для общественного транспорта, обходить платные въезды в город и не платить за парковку. В результате 13% продаж новых автомобилей в Норвегии приходится на электрические – абсолютный мировой рекорд, причем доля электромобилей стремительно растет.

Электромобили полностью заняли полосу для общественного транспорта – фото businessinsider.com

Другая "странность" – вроде бы и так обеспеченная "зеленой" электроэнергией страна вдруг озаботилась строительством ветряных электростанций. Та же StatOil, например, вложилась в амбициозный проект HyWind – первую в мире ветроэнергетическую установку, рассчитанную на эксплуатацию в открытом море – где и ветер стабильнее, и свободного места больше, чем у берега или на суше.

Установка “ветряка” HyWind – фото offshorewind.biz

Другие проекты предусматривают установку ветротурбин в прибрежной зоне и на суше – как в самой Норвегии, так и в других европейских странах. Добавим сюда реализацию планов связать Норвегию с Великобританией,  Германией и Голландией в единую энергосистему с помощью подводных кабелей – и получим амбициозную программу по сохранению и развитию статуса "европейской энергетической сверхдержавы", но уже за счет возобновляемой энергетики. Кстати, норвежские гидростанции могут сыграть новую роль: перевод части из них в реверсивный режим позволит аккумулировать излишки ветряной энергии путем закачки воды в верхний бьеф и расходования ее в периоды, когда ветер слабый. Тем самым преодолевается одна из основных проблем ветроэнергетики – зависимость от погоды.

Насколько этим планам суждено осуществиться? Ответ на этот вопрос сильно зависит от того, куда будут вложены гигантские средства, накопленные в Фонде национального благосостояния. Первые шаги были сделаны в начале этого года – когда правительство Норвегии объявило, что не менее 8 миллиардов долларов из средств ФНБ будет выделяться на проекты в возобновляемой энергетике.

Но это не все – параллельно обсуждается вопрос о том, чтобы запретить инвестирование средств ФНБ в проекты по ископаемому топливу – которые пока занимают солидное место в его портфеле инвестиций. В качестве главного аргумента называется изменение климата и предостережение экспертов-климатологов, что для предотвращения климатической катастрофы необходимо оставить в земле ¾  разведанных запасов ископаемого топлива.

Надо сказать, у фонда уже есть список бизнесов, вложения в которые считаются неэтичными. Среди них – производство оружия, ряд горнодобывающих компаний (включая, кстати, “Норильский никель”). Если усилия экологов увенчаются успехом – нефтегазовые и угольные компании могут пополнить этот список.

Впрочем, норвежские экологи недовольны темпами, которыми идет "озеленение" инвестиционной политики страны. К решительным мерам призывали, например, демонстранты, вышедшие на улицы Осло перед климатическим саммитом ООН в сентябре. 

Народный марш за климат в Норвегии – Фото activestils.org

Глава WWF Норвегии Нина Йенсен требует от страны немедленных шагов по отказу от инвестиций в ископаемое топливо и призывает Норвегию использовать все возможности своего Фонда национального благосостояния для продвижения "зеленой" энергетики в мире. С учетом успеха начатых проектов по ветроэнергетике, наверное, есть неплохие шансы быть услышанной. Кстати, любопытная деталь: министр финансов Норвегии – родная сестра Нины.

Михаил Матвеев, "Экооборона", климатический проект 350.org